Немного науки. Часть 8.

ОКОНЧАНИЕ - СТР. 0172 - 0216

БОЛЕЗНЬ КАК СЛЕДСТВИЕ ОТБОРА НОВЫХ СТАНДАРТОВ

Болезнь — это такой же необходимый атрибут жизни как питание, дыхание и т.д.

Болезнь действительно "законное", "естественное" явление природы?

И это не пессимистический фатум, а суровая внутренняя наука о жизни,

помогающая трезво оценивать явления, а не отмахиваться от них,

как от чего-то противного законам природы и общества.

И. Давыдовский.



Итак, мы предлагаем представителей царства Вира делить на две категории: вирусы кризисные (литические) и адаптационные. Первые (возбудитель оспы, полиомиелита, столбняка, бешенства...) представляют собой генетически стабильные, вполне оформившиеся, ДНК-содержащие системы, реплицирующиеся не в ядре, а в цитоплазме. Их попадание в организм является серьезным фактором риска развития болезни.

Вторые — необходимые составляющие свойственной жизни петли обратной связи: они зарождаются в клетках, становясь на эволюционный поток, выходят из них как носители совместно выработанной информации о способах взаимодействия с генетическим аппаратом и снова возвращаются в клетки уже как датчики особенностей реального времени, носители информации о способах преодоления вызовов окружающей среды, чтобы живая система продолжила свое развитие в мире, где "все течет, все изменяется" и стабильность формы обеспечивает постоянное изменение информационного содержания.

Эти вторые избавляются от основного свойства жизни — организованности, — оставляя на мембране клетки-хозяина свой защитный капсид, чтобы обрести новую организованность, означенную совместно выработанным опытом противодействия энтропии, который должен стать достоянием всей биосферы.

Отсюда их соизмеримость с клеточными генами и еще более кажущееся странным восприятие их клеткой. Это не враги — это необходимое условие функционирования живой системы. Их способность творить квазивиды — означает создание внутри клетки "генетического банка", из которого отбирается информация в соответствии с потребностями каждой конкретной клетки и ведется обмен "сотовыми блоками" со всем живым миром. Речь идет о горизонтальном разносе генетического материала.

Вирусы первой категории однозначно отрицательное явление, хотя надлежало бы выяснить, откуда они пришли и почему встреча с ними грозит катастрофой. Вторые? Попробуем разобраться и с этим.

Современная медицина различает инфицирование, когда предполагаемый возбудитель попадает в клетки человеческого организма, но болезнь не манифестирует, и инфекцию: в этом случае развивается заболевание с соответствующими клиническими проявлениями. Внутриутробная инфекция считается основной в структуре причин смертности плода и новорожденных.

Осмысливает ли медицина движущие механизмы разницы между этими явлениями? Нет. Установка на исключительно отрицательную оценку вторжения вирусов так сильна, что самый незначительный эпизод становится поводом для решительных действий. Например, при наличии в организме матери вируса гепатита J считается, что вертикальная его передача плоду и новорожденному равна 33%. Однако у новорожденных пока что не было выявлено ни одного случая клинических симптомов болезни, не найден вирус и в материнском молоке.

Тем не менее, исключительно по аналогии с гепатитом С, матерям рекомендуют перейти на искусственное вскармливание младенцев, и при этом не принимаются во внимание отрицательные последствия такого акта. А ведь риск заражения плода гепатитом С, по официальным данным, не превышает 6%.

Вот так перестраховываются, когда речь идет о возможности вирусного инфицирования. Всегда ли оно фатально? К. Уманский обращает внимание на то, что при беспредельной насыщенности биосферы вирусами, их повреждающее действие скорее исключение, чем правило.

"Даже во время тяжелейших эпидемий, вызываемых, например, вирусами полиомиелита, заболевает не более одного-двух человек из 100 000 (ста тысяч). Среди заведомо получивших этот вирус детей заболевает лишь один из тысячи. Подобное же соотношение характерно и для заболеваний, вызванных вирусом клещевого энцефалита.

Получается своеобразный парадокс — мы обращаем пристальное внимание лишь на те исключительные случаи, когда встреча с вирусом заканчивается болезнью. Остальные как бы не представляют для нас интереса, либо их не существует.

Тут мы явно противоречим логике. Если в городе с населением 100 000 человек имеется один тунеядец или один убийца, то не возникает даже мысли распространить это обвинение на остальных 99 999 жителей. Так может, стоит посмотреть на взаимоотношение вирусов с остальными представителями живой природы не со стороны единичного исхода, а со стороны девяносто девяти тысяч девятисот девяносто девяти благополучных?

Разве не удивительна ситуация, при которой "паразиты" и "убийцы" убикваторны (т.е. распространены повсеместно), насыщают нас самих и пищу, которую мы едим, и воду, которую мы пьем, и воздух, которым дышим, а жизнь (причем не только в узком, антропоцентрическом смысле, но и в глобальном, биосферном) не только не исчезает, но успешно развивается, прогрессирует, эволюционирует?" — писал К. Уманский /"Химия и жизнь", №5, 1979 г./

Ответа на этот вопрос не было. Но через три десятилетия в определенных научных кругах вызвал взрыв возмущения П. Дюсберг, назвавший ВИЧ "невинным пассажирским вирусом". Именно К.Уманский обратил внимание на соответствие между сроками замены эпителия верхних дыхательных путей — от шести месяцев до двух лет — и индивидуальной периодичностью заболевания гриппом. В геном эпителиальных клеток включается геном очередного штамма вируса, который организм должен взять под контроль, что и сопровождается недомоганиями у некоторых людей.

В книге С.Чакветадзе "Внутриутробные инфекции и гнойно-септические заболевания у детей" (Кафедра детских болезней лечебного факультета Российского государственного медицинского университета, Москва) читаем: "Внутриутробное инфицирование — это ситуация, когда высказано предположение или доказано проникновение к плоду различных возбудителей (вирусов и микроорганизмов), однако при клинических исследованиях не обнаружены симптомы инфекционного заболевания".

"Частота инфицирования (вирусами и микроорганизмами) составляет около 10— 12%". "Внутриутробная инфекция — это установленный факт внутриутробного проникновения к плоду вирусов или микроорганизмов, но в отличие от внутриутробного инфицирования в этой ситуации мы уже можем определить клиническими и параклиническими методами характерные признаки той или иной инфекционной болезни, выявленные пренатально или вскоре после рождения".

"В среднем частота развития инфекционного процесса с манифестацией составляет около 12 — 14% от всех случаев внутриутробного инфицирования".

Магическая цифра! На нее выходят во всех случаях развития болезней, вызванных самыми различными возбудителями — как у еще не рожденных, так и у давно живущих на этом свете. Например, инфицированность вирусом Эпштейна-Барре, которые, как и все, "подверстывается" под ассоциированность с ВИЧ, составляет 90-100% населения, но 10-12% становятся жертвами опухолей, в том числе и лимфомы Беркитта.

В случае с ВИЧ даже профессиональный "страстотворец" В. Супотницкий, признаёт, что его жертвой становятся 10-12% (может, и 14%) зараженных. Доктор медицинских наук И. Макаров (Москва, Россия) в статье "Пренатальная вирусная инфекция" приводит такие данные: при ВИЧ-1-инфекции синдром приобретенного иммунодефицита может развиться у 20-40%, а при ВИЧ-2 — у 4-10%. Разница между этими видами очень условна, и, возможно, ВИЧ-2 — тот квазивид, который иммунная система нашего организма уже успела взять под контроль."

Годам к шестидесяти, как утверждают врачи-практики, любой из нас становится носителем возбудителей давно известных болезней, имеющих четко выраженные симптомы. Но заболевают единицы, а массовость инфицирования не смущает никого. Считается, что ВИЧ представляет особую опасность потому, что он проникает в святая святых — клетки иммунной системы, выводя их из "рабочего состояния" либо уничтожая.

Но ведь и в этом нет чего-то особенного: давно известно, что резистентность к инфекции во многих случаях возрастает, если предполагаемый возбудитель поселяется в макрофагах, превращая их в эпицентр воспалительного процесса. Но, как писал И.И. Мечников, воспалительная реакция, защитная по своей биологической сути, "не есть еще приспособление, достигшее совершенства". Это особенно ярко проявляется в случаях с возбудителями туберкулеза, проказы, токсоплазмозов, бруцеллеза и другими микроорганизмами.

И здесь, и в случаях с вирусами вид сохраняется ценой какого-то процента жертв. Адаптационные вирусы исключения не представляют. Почему? Ответ на этот вопрос следует искать в какой-то генетической ущербности клетки, в данном случае неспособной провзаимодействовать с вирусом либо взять его под контроль. Явления такого рода у нас мало изучены и очень плохо диагностируются.

Пожалуй, наиболее изучена болезнь Коновалова-Вильсона, причиной которой является наследственное поражение гена БВ, расположенного на тринадцатой хромосоме. Согласно исследованиям, частота гетерозиготного носительства — один на 90 человек, и проявляется она с частотой 30 на 1 000 000 человек. Мутации случаются разные, отсюда различия в клинических и биохимических проявлениях болезни, но суть ее — нарушение транспорта меди.

Как прооксидант медь катализирует образование свободных радикалов и запускает процесс перекисного окисления липидов. Следствие ее нехватки в организме — нарушение функции плазматической мембраны и мембран митохондрий, выход лизосомальных энзимов в цитоплазму, нарушение функционирования ДНК и белков. Этого достаточно, чтобы человек долго не прожил.

Примерно у четверти пациентов заболевание начинается с резкого похудения, диареи и развития желтухи. После чего наступает временное клинико-биохимическое улучшение. Возможно увеличение лимфатических узлов. Особенности болезни дают основание относить ее к инфекционным — но ставящего такой диагноз должен настораживать низкий уровень мочевой кислоты у больных гепатитом.

Болезнь Коновалова-Вильсона проявляется в остром внутрисоcудистом гемолизе, в изменении почек, костно-суставной системы и на втором и третьем десятилетии наступают неврологические изменения, ибо медь, накапливаясь в центральной нервной системе, отравляет ее. Развивается тремор, появляются признаки паркинсонизма, лицо становится маскообразным. У гетерозиготных носителей гена заболевание не развивается, но биохимические исследования могут показать субклинические изменения в метаболизме меди.

Недавно выяснилось, почему ретровирусы плохо реплицируются в покоящихся лимфоцитах СD4: там-клеточный белок Murl, участвующий в метаболизме меди, подавляет активацию фактора транскрипции. А медь — только один из необходимых для жизни микроэлементов. Нетрудно догадаться, что нарушение транспорта любого из них способно вызвать столь же сложную картину разлада человеческого здоровья, которую могут диагностировать как инфекционный СПИД, если тесты на ВИЧ окажутся положительными.

В этом плане представляет интерес сообщение о четырехуровневом подходе доктора Ревича к лечению вирусных заболеваний, напечатанное в 1987 году в журнале "Townsend Letter for Doctors”/ www.ontirak.center.vu /. Автор выяснил, что у больных СПИДом часто встречается недостаточность меди или калия как следствие аномалии мембранных липидов, из-за чего эти элементы выбрасывались в кровь. Ревич встроил их в липиды.

В августе 1994 года в газетах "Нью-Йорк тайме" и "Вашингтон пост" появилось сообщение о том, что группа ученых из университета штата Джорджия во главе с профессором Уиллом Тэйлором пришла к выводу, что в сдерживании развития СПИДа большую роль играет элемент селен. О его роли стоит поговорить подробнее.

Селен имеет прямое отношение к репродуктивной функции, ибо его больше всего в семенной жидкости, к тому же, как составляющая глутатионпероксидазы и глутатион-редуктазы, он на разных этапах превращения органических перекисей взаимодействует с составляющими витамина Е, тоже имеющими отношение к репродуктивной функции.

Все неблагоприятные факторы, так или иначе, сводятся к образованию свободных радикалов, которые в организме подлежат нейтрализации. В осуществлении этого процесса особо важную роль играет двадцать первая аминокислота (неканоническая) селеноцистеин, которая, как показали исследования, кодируется терминирующим кодоном UGA, если за ним — пусть даже на значительном расстоянии — находится особая стимулирующая последовательность. Защита клетки осуществляется через глутатионовую систему, где одна молекула основного фермента содержит четыре атома селена. Этот элемент вообще является синергистом витаминов антиоксидантной группы.

При недостатке селена либо при генетических нарушениях его метаболизма эта система не срабатывает, и тогда избыток свободных радикалов делает невозможным нормальное взаимодействие клетки с вирусом. Образно говоря, в образовавшуюся брешь может прорваться множество болезней.

Кроме того, селен стимулирует образование антител, участвует в выработке эритроцитов и, что очень важно, является антагонистом тяжелых металлов: ртути, кадмия, свинца. В свою очередь, избыток тяжелых металлов снижает усвоение селена. Обращаем внимание на то, что низкое содержание селена устанавливается при ряде болезней, которые считают ВИЧ/СПИД-ассоциированными. Известна вызванная дефицитом селена болезнь Кешана, поражающая беременных женщин и детей, одним из симптомов которой являются изменение мышц нижних конечностей, ведущие к судорогам. Подобное наблюдается и у многих детей, у которых диагностирован инфекционный СПИД. Дефицит селена вообще ведет к мышечной дистрофии и сердечной слабости, а поскольку он связан с токоферолами, то опосредственно влияет и на состояние иммунной системы.

Итак, выдвигаем гипотезу: названный ВИЧ ретровирус выполняет природную функцию через внесение в мРНК группы атомов, трансформирующих стоп-кодон в селеноцистеиновый. Таково требование экологической ситуации с ее насыщенностью окружающей среды ионами тяжелых металлов. Очень возможно, что подобное произошло в Древнем Риме, когда всплеск энергии населения перешел в депрессию после того, как был проложен свинцовый водопровод.

Как это и свойственно эукариотам, селеноцистеиновый кодон блокируется и разблокируется, когда в этом возникает необходимость: опять-таки здесь мы сталкиваемся с системой "приходящей извне информации" на самом глубинном уровне. Тема эта требует дальнейшего развития, но можно не сомневаться, что встраивание недостающего элемента в молекулы, способные доставить его в доступной для обменных процессов форме, в будущем станет одним из самых перспективных направлений в борьбе с осложнениями вирусной природы.

Ведь не на вирус нужно охотиться — он выполняет свою природную миссию действующего механизма эволюционного процесса, — а действовать на те "генетические узлы", вследствие которых наш организм оказывается неготовым к встрече с вирусами. Живые системы состоят из легких элементов, и в этом плане библейское "из праха ты сотворен" нуждается в дополнении — "из звездного". Ибо по элементному составу мы ближе к галактическим туманностям, чем к нашей матушке Земле.

Но жизнь совершенно невозможна без микроэлементов, встречающихся в организмах в крайне малых количествах. В. Вернадский, прочитав в 1908 году небольшую заметку во французском журнале о перелете саранчи из Африки в Аравию, обратил внимание на то, что масса стаи была такова, что превышала запасы меди, титана и других микроэлементов в этом регионе. Это натолкнуло его на мысль о существовании энергии живого вещества, столь же реальной, как и другие, известные человеку виды энергии. Но каков механизм ее освобождения? Не являются ли "великие кочевья в мире братьев наших меньших" способом ее перераспределения? Через круговорот микроэлементов.

Если правда, что Украина больше всех в Европе заражена ВИЧ — а мы в этом сомневаемся, — то стоит вспоминать, что в ее тучных черноземах мало селена. Причина заболевания процентов 10-12 населения при контакте с адаптационными вирусами объяснима в свете теории Н. Тимофеева-Ресовского, суть которой сводится к таким положениям.

В природе постоянно происходит отбор новых, ориентированных на будущее стандартов, и их закрепление через петлю обратной связи. Системы, неспособные выработать такие стандарты, подпадают под дизруптивный (разрывающий) отбор. Работающий в рамках Института информационно-волновых технологий доктор медицинских наук А. Ярешко сделал важное открытие.

Сочетав лечение антибиотиками с информационно-волновой терапией, разработанной Н. Колбуном, он добился значительного улучшения состояния больных туберкулезом в особенно тяжелой форме. Но самое интересное — восстановилась вроде бы утерянная чувствительность к антибиотикам. Из этого следует, что отбор новых стандартов в природе во времени затянут и возможен поворот к предшествующему состоянию.

Для медицины это обещает новые перспективы, но опять-таки, необходимо относиться со всей серьезностью к третьей неотъемлемой компоненте жизни — информации. Ведь, будучи первичной, она направляет и контролирует обменные процессы живой системы.



ЗАКОН НЕПОСТОЯНСТВА ПОСТОЯННОГО

КАК ПРОСТРАНСТВО СВОБОДЫ

ДЛЯ ВРЕМЕННЫХ ПРЕВРАЩЕНИЙ



П. Анохин, сформулировавший закон опережающего отражения, считает, что в систему нашей планеты заложен код, а следовательно, условия окружающей среды периодически повторяются, хоть и с некоторыми отклонениями от среднестатистических параметров. Ведь мы все — пассажиры одного корабля — планеты по имени Земля, преодолевающего космическое пространство в направлении созвездия Геркулеса, и даже встречающиеся на ее пути звезды имеют свое начало и свой конец, подчиняясь каким-то ритмам.

Не будем вдаваться в ритмологию, даже в биоритмологию, кстати, науку, при всей ее очевидности, очень молодую, поскольку основные ее положения были означены только в тридцатые годы XX столетия, и даже извечное свойственное женщинам явление сформулировано Д. Оттом как "закон волнообразной периодичности физиологических отправлений женского организма" в 1890 году. Природа особенно надежно прячет свои тайны за покровом самого очевидного и для нас привычного. Именно их труднее всего исследовать.

Вот так и со временем, действующий фактор которого проявляется в реальных обменных процессах клеток нашего организма. И здесь мы имеем дело с диалектикой природы, которая совмещает кодовую повторяемость событий окружающего мира с короткой жизнью каждого существа, преодолевающей все неблагоприятное на своем пути. Рассчитанный на вечность род сталкивается с закономерностью, обусловленной заложенным в нашу систему кодом, особь — с непредсказуемым для нее эпизодом, и бессмертие целой системы будет обеспечено только тогда, когда каждая подсистема внесет в нее свой опыт преодоления вызовов окружающей среды, выпавшей на ее короткое существование.

Отложенный и закрепленный в геноме, этот опыт становится закономерностью, но приобрести его можно при непременном условии: когда в живой системе на всех уровнях ее организации среди детерминированных структур, обеспечивающих постоянство формы, будет "пространство свободы" для осуществления информационных превращений, рассчитанных на непредсказуемость приносимых временем событий. Проследим же его развитие.

Фундаментальным понятием современной физики, характеризующим дискретную природу той или иной субстанции, является квант — минимальное количество энергии, которую может получить либо отдать система. Опытами с дифракцией микрочастиц была подтверждена гипотеза Л. де Бройля о всеобщности корпускулярно-волнового дуализма: в объектах, имеющих волновую природу, проявляются свойства частиц, а частицы при определенных условиях ведут себя как волны.

Оказалось, что у частиц нет траектории, и этот факт стал содержанием одного из принципов квантовой механики — неопределенности соотношения, в 1927 году открытого В.Гейзенбергом: нельзя измерить характеризующую микрообъект величину, не изменив его состояния. Годом раньше Э. Шредингер создал волновое уравнение, с помощью которого можно описать эволюцию волновой функции, если ее параметры известны в какой-то момент времени. Итак, уже на уровне фундамента материи "пространство свободы" при возникновении возможных состояний сочетается с предопределенностью: так проявляется временная асимметрия нашего мира.

Позже были предложены два других подхода для описания квантовых процессов, но важно то, что физические их результаты оказались тождественны. В современной квантовой механике ее волновая и матричная формы не разделяются. На основе принципов квантовой механики удалось объяснить строение атома, установить природу химических связей, атомных ядер, объяснить периодическую систему элементов Д. Менделеева, сверхтекучесть, сверхпроводимость и другие, ранее непонятные явления.

Распространение принципов квантовой механики на системы с неограниченным количеством ступеней свободы создало квантовую теорию поля: физические свойства таких систем описываются полевыми уравнениями, являющимися функциями пространственных координат и времени. В шестидесятые годы прошлого столетия идея самовольного нарушения симметрии привела к созданию объединенной теории слабых и электромагнитных взаимодействий.

В 1944 году англичанин Д. Симпсон предложил оригинальную концепцию развития живого мира — квантовую эволюцию. Согласно ей, исходная группа организмов из-за изменений в окружающей среде утрачивает приспособленность к адаптивной зоне и дальше либо быстро преодолевает "интервал неустойчивости", либо вымирает.

Этим объясняются высокие темпы эволюции при формировании семейств, отрядов, классов и т.д. В свое время эта концепция была подвергнута критике: считалось, что живые существа перекочевывали в новые места обитания с промежуточными условиями, к которым и приспосабливались. В свете того, что мы знаем о горизонтальном разносе генов и возможностях активации ретротранспозонами "дремлющих" генов, концепция Симпсона представляется в ином свете.

Уже на квантовом уровне мир удерживается в равновесии благодаря двум противоположным тенденциям: неограниченному количеству степеней свободы, обеспеченному неопределенностью поведения каждой составляющей системы, и детерминированностью избираемого временем варианта. Осознание броуновского движения, в котором пребывают атомы, заставляет думать, что сформулированный В. Вернадским закон генетической неповторимости жизненных проявлений является таким же базовым законом, как и законы термодинамики.

Ведь при всей хаотичности броуновского движения предметы сохраняют свою форму благодаря тому, что электроны движутся по разным орбитам, и все отклонения экспотенциально усиливаются при столкновении атомов, что и приводит к их разбеганию по разным траекториям. Это создает "поле свободы" для бесконечного количества вариантов и в то же время стабилизирует отобранные: тенденция прослежена на такой модели как идеальный газ Больцмана в семидесятые годы прошлого столетия.

Слово "хаотичный" у нас принято считать синонимом слова "стохастичный". Но в переводе с греческого первое означает "бездна", а второе — "догадливый", "предвидящий". Атомы "догадливы", ибо особенностями своей электронной конфигурации "предвидят" траекторию разлетания, гарантирующую стабильность формы предмета, состоящего из соответствующего вещества, они скорее стохастичны, чем хаотичны. Поэтому мы уверены, что стол, за которым работаем, не взлетит в воздух и не распадется на части из-за того, что слишком много атомов сосредоточилось в одном его конце. Такого не будет — пока не исчерпаются запасы внутренней энергии.

Именно неповторимость является тем организующим началом, которое заложено в хаос, чтобы создавать порядок. Все системы нашего мира на всех уровнях своей организации имеют флуктуирующее начало. С полной ответственностью заявляем: все без исключения. До недавнего константой считали распад радиоактивных элементов, но одному из авторов этой книги посчастливилось стать свидетелем удивительного открытия.

Известный украинский фантаст кандидат физико-математических наук Владимир Савченко, автор нескольких патентов на изобретения, обратил внимание на странные расхождения данных об уране-235, приведенные в справочниках разных лет, и высказал смелую по тем временам гипотезу, что период полураспада радиоактивных элементов константой не является.

Результатом сообщения, которое В. Савченко удалось напечатать только в маргинесном журнале "Книжное обозрение", был взрыв возмущения в научных кругах. В статье с выразительным названием "Об ускорении радиоактивного распада, или Анатомия дилетантства" ("Природа", №6, 1999 год) доктор химических наук Ю. Шуколюков писал: "Полет мыслей "открывателя" не встревожило то обстоятельство, с которым, казалось бы, должен быть ознакомлен студент любого технического вуза... каждая физическая величина, включая и период полураспада, всегда и везде измеряется с какой-то погрешностью". Ничего себе погрешность!

Истории открытий не менее интересны, чем сами открытия. Критики В.Савченко иронизировали (это у нас умеют!) по поводу "недоступности для автора понятия относительной погрешности", и даже мысли не допускали, что при расчетах безопасности атомных реакторов нельзя пользоваться справочниками, где за 1939 год приведена цифра 707, а за 1984 — 892 миллиона лет. Подобная "погрешность" недопустима даже для "седых пирамид", а для человеческой жизни тем более. Истоки взрыва на Чернобыльской АЕС в таком "профессионализме": тот незначительный процент возможной опасности выпал на наше время.

Даже природе, как мы видели, не удается без издержек сочетать абстрактность Вечности и реальность мгновения, а нам, людям, тем более, и это всегда нужно иметь в виду. В данном случае научная общественность не захотела задуматься: либо справочники нехороши, либо с радиоактивным распадом что-то не так. Подтверждается последнее,

В разгар бурного отстаивания ортодоксами непререкаемых истин, как и водится, не желающим давать оппоненту слово, из Института биофизики АН СССР (в Пущине) пришло письмо от С. Шноля, который сообщал, что их творческий коллектив наблюдал ускорение альфа-распада плутония-239, спровоцированное выбросом нейтринного пучка от вспыхнувшей сверхновой звезды. Вскоре сообщения об ускорении радиоактивного распада начали поступать из "чернобыльской зоны". Ныне С. Шноль много и успешно работает в области исследования вариаций скоростей химических и биологических реакций. Вспышка сверхновой звезды — это лишь эпизод явления, которое привлекает все большее внимание ученых: роль фликкер-шума в природе.

Обнаруженный как избыточный низкочастотный шум в электровакуумных лампах и полупроводниках, теперь этот тип шума распространяют на все более разнородные системы (в частности, частота средних сезонных температур, интенсивность уличного движения, экономические данные, громкость и высота тона музыки и огромный массив жизненных явлений, о чем речь пойдет дальше).

Это заставляет думать, что мы здесь сталкиваемся с фундаментальным законом природы, приложимым ко всем неравновесным системам. Для нас фликкер-шум, определяемый как нестационарный случайный процесс, может быть моделью поведения всех развивающихся во времени систем (а в состоянии постоянного развития пребывает жизнь).

Интересен он тем, что в нем сильнО влияние прошлых событий на будущие, а следовательно, именно здесь нужно искать истоки закона опережающего отражения, как и закона генетической неповторимости жизни. Ситуация с фликкер-шумом, при котором время процесса очень мало по сравнению с временем, прошедшем от зарождения этого процесса, адекватна ситуации в ДНК, где отражена не только родовая память, но и векторы ее проявления при формировании и функционировании конкретного организма.

Живые системы отличаются от неживых тем, что они увеличивают объемы информации, накапливают ее — это и наблюдаем в процессе приращивания интронов, свойственному эукариотам. В этом плане человеческая сентенция "тот, кто не знает прошлого, не достоин будущего" вполне справедлива.

Мы не можем углубиться в тему — отметим лишь особо важные для нас моменты. Самоорганизующиеся неравновесные процессы легко подстраиваются под ритмы внешних воздействий. А. Голбергер высказал предположение о том, что динамика процессов, определяющих то, что мы называем здоровьем, имеет "хаотическую" природу, способную ответить на вызовы окружающей среды, болезнь же связана с ритмизацией процессов.

Время создает в живых системах аттракторы с непонятными геометрическими свойствами — "странные аттракторы", генерирующие богатство динамического поведения, сочетающее неустойчивость составляющих с устойчивостью целой системы. Уже выявлен детерминизм флуктуационной изменчивости времени свертывания крови, дыхательных циклов, сердечного цикла — из-за чего вживление так называемого "водителя ритма" часто приводит к летальному исходу.

Походя, ответим на вопрос, почему кровяную сыворотку для тестов на ВИЧ приходится разбавлять 1:400. В случае неразбавления проявляется система: ретровирусы реагируют с каждым организмом, а иначе, согласно логике природы, и не может быть. И хоть происхождение приписываемых ВИЧ белков не исследовано и может быть самых разных причин, но разведение создает пространство для биохимических флуктуаций, в которых может проявиться долговременная память об "узловых моментах" взаимодействия клетки-хозяина с приходящим извне "генетическим посланием", либо не проявиться.

Отсюда и разнобой с ВИЧ-тестами, который при объективном подходе к явлению будет углубляться. Ведь изучение свертывающейся крови показало, что время рекальцификации флуктурирует со среднеквадратическим отклонением — 4-20%, что, по мнению проводившей исследование А. Ложкиной (Россия, Чита), при существующей методике исследования равно методической ошибке. А поскольку методика предусматривает стадию денатурации белков, то установить истинный уровень физиологических колебаний в системе нет возможности. Но они, несомненно, есть, и это очень важно.

Неживые системы отличаются от живых тем, что передавать свою организованность будущему не могут, в процессе взаимодействия со временем приближаются к состоянию максимальной неупорядоченности. Чтобы живые системы обеспечивали относительное родовое бессмертия в условиях не прогнозированного будущего, на этом уровне организованности биосферы должен вступить в действие закон адаптационного отражения. "Пространство свободы", на котором он отрабатывается, начинается с фундамента материи. Пойдем дальше: исследуем под таким углом зрения белки-полимеры, которые однозначно ассоциируются с жизнью.

Полипептидные цепи, как правило, пребывают в состоянии высокоупорядоченной конформации, будучи стабилизированы водородными связями между отдельными группами атомов. Как установили Полинг и Кори, они самопроизвольно скручиваются в £ -спираль, что отвечает минимуму свободной энергии, при этом в цепи из аминокислот правая спираль, обнаруживаемая в белках, намного стабильнее левой. Полинг и Кори предложили и другой вариант упорядоченности белковой структуры: так называемый складчатый ß-слой. Во многих белках оба эти варианта могут быть представлены одновременно.

Но в белковой молекуле есть и неупорядоченные участки, на которые часто приходится значительная ее часть. Они упорядочиваются, но — в соответствии с ситуацией, обусловленной особенностями реального времени: структура белка после синтеза может модифицироваться в зависимости от клеточных процессов, переходя из неактивной формы в активную.

Белки необходимы постоянно, но возможны и непредсказуемые физиологические состояния (например, при восстановлении поврежденной ткани, образовании и растворении кровяного сгустка). Поэтому протеазы синтезируются в виде каталитически неактивных предшественников, что защищает ткань, например, поджелудочной железы от самопереваривания. И здесь тоже проявляется "пространство свободы" при выборе необходимых для жизни вариантов.

Еще ярче эта тенденция отражается на следующем уровне организации живой системы — тканевом.

Ткань — это всегда биоценоз, где постоянно идут процессы не только обновления, но и развития. Неизменными остаются только алгоритмы — способы, которыми достигается баланс со средой, стремящейся в силу энтропийности нашего мира разрегулировать организм. Способы, которыми достигается взаимодействие между составляющими ткани, способы сохранения неизменного количества клеток в тканях обеспечивают тканевой гомеостаз. Составляющие ткань клетки не только имеют разные характеристики, но часто и принадлежат к разным видам, а некоторые возникают в процессе сохранения гомеостаза.

Итак, повторяем: функционирование ткани — всегда развитие во времени, а это значит, что здесь естественный отбор тоже "работает" со всякого рода мутациями как эволюционным материалом. Клеточная популяция, обновляемая с помощью стволовых клеток, является элементарной эволюционной единицей, обеспечивающей непрерывность поколений, — и все это связано в единое целое "нитью бессмертия" — ДНК.

Обращаем внимание на такой эпизод в жизненных процессах.

Для обеспечения нормальной жизнедеятельности любой системы необходимо предвидение кризисных ситуаций. Здесь возможны два сценария развития событий. Прежде всего, это изначально заданное, запрограммированное обновление молекул органических веществ, клеток, тканей, а, следовательно, и целого организма, параметры которого отшлифованы эволюционным процессом и не могут далеко отклоняться от оптимума.

Но ткань попадает и под воздействия травмирующего фактора, ответом на что будет восстановление необходимого для нормального функционирования количества клеток — регенерация. Этим явлением движут закономерности, наблюдаемые при обычном развитие системы, а следовательно, регенерацию можно рассматривать как повторное (вторичное) развитие, но — на том временном этапе, когда не подвергшиеся травме части ткани пребывают в состоянии зрелости.

Предвидеть, какого рода будет травма и сколько времени потребуется для восстановление необходимого количества клеток, невозможно,. — значит, здесь природа должна обеспечить "пространство свободы" для необходимых превращений, вплоть до изменения фенотипа клеток. При этом разные составляющие тканевого биоценоза, по-разному развивающиеся, должны быть приведены к некоему общему знаменателю — должна произойти подгонка составляющих биоценоза не только в пространстве, но и во времени, иначе ткань свои функции выполнять не будет.

Стоит посмотреть на затягивающуюся раневую поверхность, чтобы стало понятно — это не младенческая кожица, но и не кожа взрослого человека: нечто третье. Ведь на пути повторного развития не может быть той согласованности в работе генов, которая обеспечена на пути нормального развития, а необходимость ускоренными темпами "догонять" пройденное включает в работу гены, кодирующие "аварийные" белки. Рубцы, келлоиды, шрамы — результат разнобоя в процессе временной подгонки тканевого биоценоза. Возможно, и здесь проявится та же закономерность: 10-14-16% обновляемых клеток будут иметь измененный фенотип, как правило, нежелательный.

Считаем, что в концепцию тканевого биоценоза есть смысл ввести понятие о временной норме развития, позаимствовав его из теории микроэволюционных процессов. В данном случае норма реакции — это предметы реакции регенерационной системы на "пространство свободы", где включаются в работу те или иные гены, кодирующие белки, максимально приближающиеся к белкам нормального тканевого биоценоза.

"Плановое" обновление клеток осуществляется за счет универсальных стволовых, линия которых не прерывается, пока существует живая система. В общих чертах — из каждой стволовой клетки образуются две, и одна из них останется "представителем бессмертия", отдав должное "следам времени" какими-то изменениями в конфигурации своих органических молекул, вторую — так называемую базальную — ждет иная судьба.

При дальнейшем делении базальная клетка еще способна возвратиться к состоянию стволовой, но, пережив несколько делений, она невозвратимо подпадает под поток времени: становится дифференцированной, а это значит, что большую часть своих потенциальных возможностей утрачивает, ибо соответствующие гены умолкли: с ними "поработало" время. Состоялся переход от Вечности, воплощенной в разворачивающихся в течение многих поколений возможностях генотипа, к состоянию конкретного фенотипа, отвечающего ситуации "здесь и теперь".

Итак, дочерняя от стволовой клетка некоторое время пребывает, образно говоря, на "калиновом мосту" "пространства свободы", когда возможен поворот к тому состоянию, в котором пребывает генотип, когда готовы активироваться гены целого тканевого биоценоза.

Стволовые клетки приходят в ответ на информационный сигнал о необходимости регенерации по строго определенным путям с "полем возможностей", необходимым для восстановления целого биоценоза. И таким образом природа предвидит сложные ситуации, порожденные реальным временем.

Считаем, что самоорганизация и самоподдержка раковой опухоли при условии обеспечения достаточным количеством питательных веществ свидетельствует о том, что эта патология является естественным для живого организма состоянием — следствием затянувшегося сигнала ("эффект залипшей кнопки"), вызвавшего временной сбой при переходе от генотипа к фенотипу. Подробно эту версию мы обосновали в книге "Рак — ошибка формообразования: где? когда? почему? как?".

"Пространство свободы" реализуется также через крайний полиморфизм расположенных на внешней мембране клеток нашего организма: антигенов гистосовместимости ("белков самости"). В систему входят около 400 генов, дающих огромное количество аллельных форм, способных реагировать на миллионы антигенов. Расположенные на клетках, прежде всего, иммунной системы, они узнают антигены чужеродного явления только тогда, когда те ассоциированы с собственными НLА-гликопротеинами, и уже это предполагает, что они рассчитаны на приходящий извне фактор, являющийся носителем особенностей реального времени.

В клетке существует тонко отлаженный механизм, контролирующий взаимодействие макро- с микромиром, все составляющие которого участвуют в метаболических процессах, а поэтому рецепторы на поверхности клетки в зависимости от ситуации могут переходить в растворимую форму.

Ретровирусы, проникая в клетку через рецепторы, избавляются от собственной организованности, чтобы внести в клетку признаки новой организованности и вынести совместно выработанные способы ответов на постоянно меняющиеся вызовы окружающей среды. Если эти способы пройдут "дарвиновский отбор", то будут отложены в ДНК и по вертикали переданы через плаценту последующим поколениям. Особи, локально подвергшиеся воздействию какого-либо фактора, откладывают свой опыт в генетическом аппарате, чтобы он через последующий горизонтальный разнос генов стал составляющей долговременной памяти целого рода, а дальше — всей биосферы.

Проявлением эволюционного процесса внутри организма является лимфоцитарный иммунитет, поэтому он всегда приобретается. О том, как осуществляется "пространство свободы" на уровне ДНК-РНК-превращений в последние годы написано много статей, как правило, без осознания того, что время является четвертым измерением пространства. Внимание к этой несомненной реальности в недалеком будущем породит множество интереснейших исследований и открытий, где теория в нужном направлении поведет практику. Поэтому сведем огромный массив теоретических представлений к нескольким тезисам.

Стабильность форм живого мира достигается за счет нестабильности подсистем на всех уровнях организации живой системы, благодаря чему неограниченное количество степеней свободы переводится в детерминированность варианта, определяемого особенностями реального времени. Ситуация "здесь и сейчас" лишь проявляет то, что существует в долговременной родовой памяти, и живой организм приспосабливается не к самому явлению, а к той его грани, за которой количество переходит в опасное для жизни качество.

Согласно закону сохранения энергии эволюционный процесс идет не путем хромосомных перестроек с последующим отбором оптимальных для жизни вариантов, влекущих изменение обменных процессов в ответ на изменение условий окружающей среды, а путем введения готовых информационных блоков памяти, выработанной в отдельных организмах и в них же прошедших дарвиновский отбор.

Переведение родовой памяти в реальное время и снятие выработанной реальным временем информации осуществляется через ДНК-РНК-взаимодействия, поэтому первая является консервативным образованием, вторая же постоянно обновляется. Процесс осуществляется в объеме благодаря тому, что два вида носителей генетической памяти вступают в комплементарные связи при постоянной информационной подпитке мобильных элементов — ретротранспозонов, являющихся также источником энергии, извлекаемой при расщеплении связей между составляющими протеидов.

Датчиками особенностей реального времени являются ретровирусы, такая же естественная составляющая окружающей среды, как вода и воздух. Избавляясь от своей организованности в процессе прохождения через оболочку клетки-хозяина, они создают квазивиды при взаимодействии с информационным содержанием ее генома. Прошедшие дарвиновский отбор выходят за пределы клетки-хозяина с "визитной карточкой" ее особенностей — группой нуклеотидов, геном, белково-липидным комплексом оболочки, чтобы осуществить разнос информации в пределах целого организма и быть переданным по вертикали — через плаценту.

Носители совместно выработанной информации о способах ответа на вызовы окружающей среды становятся на поток эволюционного развития живых форм. Обратная транскрипция — такая же составляющая жизни, как и переписывание ДНК на РНК при помощи полимеразного комплекса, через нее осуществляется петля обратной связи с окружающей средой.

Эукариоты, в отличие от имеющих лабильный геном прокариотов, преодолевают время благодаря постоянному приращиванию своей интронной части, поэтому взаимодействие между микро- и макромиром заложено в биосферу. Переносясь из одного участка генома в другой, мобильные носители наследственной информации изменяют отдельные фенотипические признаки организмов исключительно на уровне локальных обменных процессов, благодаря чему сохраняется их форма.

На всех уровнях организации живого мира существуют подсистемы, чья нестабильность является условием развития и успешного функционирования всей системы. А потому, исходя из вышесказанного, формулируем закон непостоянства постоянного как пространства свободы для осуществления временных превращений. Считаем его фундаментальным законом всего нашего мира, поскольку он проявляется уже на квантовом уровне.



ПОСЛЕСЛОВИЕ,

ИЛИ РАЗМЫШЛЕНИЯ ОБ ИНФОРМАЦИОННЫХ

ВЗАИМОДЕЙСТВИЯХ В ЖИВЫХ СИСТЕМАХ

Вы можете освободить сущности от действия

чуждых им случайных законов, но не от законов

их собственной природы

Г.К. Честертон.

Как и вся мировая общественность, мы безоговорочно приняли концепцию ВИЧ-СПИДа — массовой эпидемии, вызванной новым инфекционным агентом, — и немедленно включились в борьбу со страшной угрозой, способной истребить человечество. Нам было что предложить: к тому времени. Врачи, сотрудничавшие с Международным научным центром информационно-волновой терапии "Биополис" на множестве больных убедились в эффективности разработанной в этом центре медицинской технологии информационно-волновой терапии, автором которой и изобретателем прибора "ИВТ-Порог" является Николай Дмитриевич Колбун.

Прежде чем Министерство здравоохранения СССР, а затем Министерство здравоохранения Украины рекомендовали эту технологию "для широкого внедрения в практику лечебно-профилактических организаций, отделений стационаров, амбулаторий и поликлиник, медчастей, курортов, при неотложной помощи, при лечении и профилактике профессиональных болезней, а также при заболеваниях, связанных с радиационным поражением", она с 1988 года была применена на клинических базах Национального медицинского института им. Богомольца к 10 800 страдающим от недомоганий, которыми занимаются врачи самых разнообразных медицинских направлений.

К 1991 — 1996 и последующим годам вокруг "Биополиса" разрослась целая сеть практикующих нашу технологию лечебных центров — как на территории Советского Союза, теперь уж бывшего, так и за рубежом. Случалось, наши юные пациенты подрастали и, окончив мединститут, сами открывали такие центры. Примером может быть Александр Ульянов (Чита), которого, страдающего тяжелой формой полиомиелита, нам удалось поставить на ноги.

Еще бы нашим врачам не испробовать технологию ИВТ на больных СПИДом, когда такие стали к ним обращаться! Предлагаем читателям результаты лечения СПИДа при помощи технологии информационно-волновой терапии, полученные врачом ИВЕ — инфекционистом А. Битюком.

Предложенным способом проведено лечение 14 больных с ВИЧ-СПИДом; из них — 7 пациентов с конечной стадией СПИДа и 7 больных — со СПИД-ассоциированным комплексом (СПИД-АК) при наличии СПИД-индикаторных заболеваний, сопутствующих нозологических форм, вызванных бактериями, вирусами, грибами. Больным проводилось лечение в стационаре ВИЧ-СПИД Центра профилактики и лечения ВИЧ-инфицированных.

Среди пролеченных было 6 женщин в возрасте 23 — 44 лет и 8 мужчин 21 — 40 лет. Все больные находились на учёте в кабинете диспансерного наблюдения за ВИЧ-инфицированными от 3 до 8 лет, на разных стадиях развития ВИЧ-инфекции. Пациенты прошли комплексное обследование амбулаторно. Наличие антител к ВИЧ подтверждено в референт-лаборатории Украинского центра профилактики и лечения ВИЧ-СПИДа.

Все больные, за исключением одного, на протяжении 3-8 лет употребляли наркотические вещества инъекционным путём от 2,0 до 10,0 мл ("ширки"). У 6 больных наблюдалось снижение коэффициента CD4 / CD8, за счёт уменьшения CD4, от 0,8 до 0,4 (в 1,5 — 2 раза) при норме — 1,5; увеличение циркулирующих иммунных комплексов (ЦИК), изменения в периферической крови (снижение уровня гемоглобина, количества тромбоцитов), изменения в органах при инструментальном обследовании, выявление патогенных бактерий и грибов при бактериологическом исследовании, активизация герпетической и цитомегаловирусной инфекций, пневмоцистной пневмонии, туберкулёза.

Пример 1. Больная Н., 31 год, поступила на 30-й день с момента ухудшения общего состояния с жалобами на выраженную слабость, одышку, боли в животе, высокую температуру, анорексию, отсутствие мочи. При объективном осмотре: лицо пастозное, отёк до нижних углов лопаток. Тоны сердца ослаблены, систолический шум на верхушке. В лёгких дыхание резко ослаблено, влажные средне- и мелкопузырчатые хрипы. Живот увеличен в объёме за счёт асцитической жидкости.

Печень выступает из-под края рёберной дуги на 10 см, селезёнка — на 4 см, болезненные при пальпации. Положительный симптом Пастернацкого. В периферической крови: гемоглобин — 50 г/л, эритроциты — 1,7 Т/л (1,7 х 1012 /л), тромбоциты — 160 Г/л (160 х 10 9/л), лейкоциты - 22,4 Г/л, СОЭ - 72 мм/час. Больной проведены биохимические, бактериологические, инструментальные исследования (рентгенологическое, ультразвуковое, ЭКГ- обследование).

Диагноз : СПИД-АК, острый стафилококковый сепсис, двусторонняя абсцедирующая пневмония, острая сердечно-лёгочная недостаточность, НКШ, анасарка, асцит, распространённый кандидоз ротоглотки, кишечника, вторичная анемия III ст., токсический гепатит, токсический нефрит, дисбактериоз кишечника.

В комплексном лечении, с 10 дня поступления в стационар, использовали метод информационно-волновой терапии, который значительно усилил эффективность антибактериальной и патогенетической терапии. Всего проведено 20 сеансов на зоны ИВВ, которые связаны с данными патологическими процессами.

После седьмой процедуры наступило значительное улучшение самочувствия больной, появился аппетит, уменьшились отёки, увеличился диурез до 1200 мл в сутки. После окончания лечения уровень гемоглобина повысился до 80 г/л, количество тромбоцитов увеличилось до 200 Г/л, лейкоцитов — снизилось до 3,9 Г/л, СОЭ — до 8 мм/час; уменьшились периферические лимфоузлы от 2 см до 0,5 см, сократилась печень до 4 см, сошли отёки и асцитическая жидкость, рассосались гнойники в лёгких. Больная выписана из стационара в удовлетворительном состоянии на 37-й день лечения.

Пример 2. Больной М., 24 года, поступил в отделение на 15-й день заболевания с жалобами на высокую температуру, озноб, головную боль, боль в эпигастрии и суставах, резкое похудение. При объективном осмотре: больной с признаками резко пониженного питания. Язык обложен белым налётом, на слизистых оболочках ротоглотки очаговые белые налёты. Сердце: тахикардия, систолический шум на верхушке. Живот увеличен за счёт гепатолиенального синдрома и асцитической жидкости. Печень в виде языка нижним полюсом достигает таза, селезёнка увеличена на 8 см.

Диагноз: СПИД, распространённый кандидоз ротоглотки и кишечника, вторичная анемия, слим-синдром (истощение), вирусный гепатит С, хронический стафилококковый сепсис в фазе обострения, правосторонняя среднедолевая пневмония, остеохондроз С2 — С5, посттравматический артрит коленного сустава, хронический тромбофлебит голеней.

Больной принял 25 сеансов ИВТ в комплексном лечении в стационаре и 10 — амбулаторно. Результаты лечения: прибавил в массе тела 10 кг, нормализовались показатели периферической крови. В сравнении с 2001 годом улучшилось соотношение CD4 / CD8 с 0,7 до 1,4 (норма — 1,5).

Пример 3. Больной О., 40 лет, поступил с жалобами на частый кашель, одышку, отхождение большого количества вязкой прозрачной мокроты, боли в ногах, отёки голеней, высокую температуру, отсутствие аппетита, похудение. Болеет 1,5 года. Резкое ухудшение общего состояния отмечалось за три недели до поступления в стационар, когда повысилась температура тела до 40,5°С, появились частые испражнения с большим количеством слизи и болями в животе.

Диагноз: СПИД, кандидоз-генерализованная форма: кандидосепсис с преимущественным поражением слизистых оболочек ротоглотки, кишечника, бронхолёгочной системы, дисбактериоз, энцефалопатия, слим-синдром (истощение организма), токсический гепатит, тромбофлебит голеней.

В комплексном лечении больной получил 8 сеансов ИВТ. После третьей процедуры у больного уменьшилась пастозность рук, улучшился аппетит, уменьшилась частота испражнений до 2 раз в сутки. После 8 сеанса перестала выделяться мокрота, нормализовалась температура, исчез кашель, очистились слизистые оболочки ротоглотки от налётов, нормализовались показатели периферической крови.

Таким образом, применение технологии ИВТ позволило существенно сократить сроки лечения, восстановить физиологическое состояние и функциональные свойства ткани поражённого органа и иммунной системы, ускорить регенеративные процессы, снизить либо предупредить возникновение токсикоаллергических реакций и осложнений после применения антиретровирусных препаратов и присоединения сопутствующих заболеваний, сохранить и продлить жизнь больных.

Статья по этим материалам была отклонена несколькими журналами, всякие попытки выяснить причины вызывали откровенное раздражение. Мы объяснили это шокирующей новизной технологии ИВТ, которую не каждый способен воспринять, и даже мысли не допускали, что официальная концепция борьбы с ВИЧ-СПИДом — это коммерческий проект, целью которого было продвижение на рынок антиретровирусных препаратов, и альтернативу им никто не собирался не только искать, но и поддерживать — пусть даже эффективную и без вредных последствий.

Ниже приводим статистические данные, полученные в практике ИВТ заболеваний, при которых возможна серопозитивная реакция на ВИЧ: врачи — Корниенко А.Г. (Киев), Дзяворук М.Г.(Краматорск), Палыця В.Т., Палыця О.С. (Бровары), Ганкевич Д.Э. (Черновцы), Битюк А.В. (Белая Церковь), Гавдяк Н.В. (Трускавец) и др.

Перечень заболеваний

К-во больных

Результативность

Выздоровление

Значит. улучшение

Улучшение

Без изменений

Кандидоз

670

642

16

10

2

Гепатит

4014


3884

120

10

Экзема

30

6

20


4

Ревматизм

2800


2730

70


Ревматоидный артрит

16


11

3

2

Системная красная волчанка

21


18

3

2

Гемофилия

2


1

1


Рассеянный склероз

26

1

20

3


Грипп

5573

5484

57

32


Пневмония

244

222

13

9


Последствия вакцинаций

18


18



Герпес (herpes zoster)

1005

921

67

17


Склеродермия

210

205

3

2


Цитомегаловирусная инфекция

8


8



Пищевые токсикоинфекции

5964

5952

12



Рожистое воспаление

127

125

1

1




Что же заставило нас усомниться в этиологии СПИДа, так легко принятой научной общественностью? Ведь мы всегда осознавали, что эволюционный процесс чреват появлением новых болезней, вызванных, в частности, ускорением научно-технического прогресса. "Биологическую бомбу готовит природа" — так называлась одна из наших опубликованных статей.

Но хотелось знать, каков движущий механизм этого процесса, почему при всех ухудшениях экологической ситуации мы как вид продолжаем процветать на своей планете и даже умудрились продолжить свой биологический век по сравнению с предыдущими столетиями и отодвинуть границу старости. А еще мы должны были теоретически осмыслить, что происходит при воздействии на наш организм информационно-волновой терапии на всех уровнях его организации.

Зарождающееся XXI столетие одни ученые называли веком биологии, другие — веком информации. Правы оказались и те, и другие: сейчас, когда в день расшифровывается свыше одного миллиона пар нуклеотидов ДНК, бурное развитие биоинформатики заставит наконец-то вплотную заняться вопросами, которые, по выражению новосибирского биофизика В. Гусева, много лет заметались "как мусор под ковер" научных изысканий. Привычная мировоззренческая парадигма не позволяла к ним даже подступиться. Последние же сенсационные открытия поставили ученый мир перед фактом: без понимания информации как основы существования и развития нашего мира прогресс медицины невозможен.

На сегодняшний день в науке нет достаточно обоснованного определения информации, и не будет, пока не поймем природу этого явления. "Информация есть информация, а не материя и не энергия", — писал основатель кибернетики Н. Винер. Спорить с таким утверждением не приходится. Но и ответа на вопрос, что же такое информация, оно не дает.

Мы приняли концепцию, наиболее четко сформулированную в прошлом столетии классиком украинской науки В. Энгельгардтом: "В основе жизни лежит сочетание трех потоков: 1 - потока вещества, 2 - потока энергии и 3 - потока информации. Они качественно глубоко разные, но сливаются в какое-то единство высшего порядка, которое можно было бы охарактеризовать как "биотическое триединство, которое составляет динамическую основу жизни".

Но если основа жизни динамическая, то не может быть статичной и ее организованность, а это значит, что из окружающей среды система должна брать не только энергию, но и информацию, противостоящую нулевому ее состоянию, означающему смерть. Информация же всегда сопряжена с материальным носителем.

Из этого, подтвержденного практикой, теоретического положения следует очень важный для биологии и медицины вывод: если любая патология связана с разрегулированностью системы, а, следовательно, и увеличением энтропийных изменений, то уменьшить энтропию, возвратив систему к состоянию нормальной упорядоченности, можно путем введения информации, изначально присущей системе, — другая просто не будет воспринята. Именно внутренняя информация создает контур, через который перетекает информация внешняя и, очевидно, это свойственная нашему миру закономерность.

Следовательно, извне может приходить то, что свойственно самой системе изначально, усиливая либо ослабляя этот фактор. Это касалось не только сверхслабых электромагнитных излучений, используемых в технологии информационно-волновой медицины, но и микромира, с которым обречены постоянно взаимодействовать клетки нашего организма: и в этом случае живые системы, по логике вещей, осуществляя петлю обратной связи, должны сами выбирать из окружающей среды нечто, обеспечивающее их поступь во времени в нашем мире, где нет ничего постоянного. Очевидно, речь идет об универсальной закономерности, свойственной живым системам.

Вот пример: из того самого грунта кукуруза выбирает золото, а растущий рядом баклажан — кадмий. Любое материальное явление — это фликкер-шум, из которого живая система выбирает то, без чего не может построить свою индивидуальность. Даже ДНК можно рассматривать как генератор "шума", из которого организм черпает информационную запись качеств, необходимых для функционирования в ситуации "тут и сейчас", проявляя избирательную реакцию на постоянное изменение условий окружающей среды.

Информация как источник неоднородности, являющаяся организующим началом, заложена в фундамент нашего мира, где материальные процессы сопровождаются метаболизмом информационным; "шум" — это потенциальная информация, которую живая система проявляет по принципу взаимодополнения, "захватывание" того, чего ей не достает.

Такие соображения легли в основу Патента "Способ информационно-волновой терапии".

"Способ волновой терапии, при котором на заданные зоны тела пациента воздействуют направленным потоком электромагнитного излучения шумоподобного спектра, отличающийся тем, что используют электромагнитное излучение со спектром, имеющим характер фликкер-шума в диапазоне частот 30 — 750000 ГГц, осуществляют амплитудную модуляцию этого излучения низкочастотным сигналом в диапазоне 0,1 — 100 Гц и воздействие ведут промодулированным излучением при среднем значении спектральной плотности мощности шума, не превышающей 10-15 Вт/см2 Гц".

Нас пытались убедить, что электромагнитные поля слишком слабы, чтобы оказывать влияние на физиологические процессы. Мы же это объясняли особенностями фликкер-шума, способного давать сильный отклик на слабые воздействия. Любая система, содержащая множество элементов, способных накапливать энергию и информацию, может "сбросить" накопленное после достижения некоего порога, различного для разных элементов.

Так разряжается напряжение в недрах Земли, недовольство в обществе, сходят снежные лавины, происходят камнепады, землетрясение, колебания в численности популяций живых организмов, частоте сердечного ритма, эпидемий, социальных взрывов... В системах с фликкер-шумом накапливается энергия, которая разряжается в ответ на какой-то фактор — отсюда и максимальная реакция на минимальное влияние.

Такой подход заставил нас и в дальнейшем учитывать третью составляющую жизненной триады — энергию, что тоже усилило сомнения в достоверности концепции ВИЧ-СПИДа. Именно неповторимость всего сущего — фундаментальный закон нашего мира, противостоящий энтропии, — заставил нас в практике информационно-волновой терапии отказаться от фиксированного информационного воздействия на живой организм, предоставив ему возможность избирать и в процессе сотрудничества с внешним миром создавать новую информацию. Понятие гомеостаза мы дополнили понятием "электромагнитный гомеостаз".

Девяностые годы ознаменовались обвалом открытий в биологии, которые убедили нас в том, что наш способ мышления адекватен тому, что происходит в живом организме. Был расшифрован человеческий геном, и оказалось, что в нем множество вирусных и бактериальных программ, вполне способных работать, более того — огромная часть ДНК приходится на мобильные элементы, кочующие по ней и, конечно же, занимающиеся чем-то необходимым для функционирования клетки.

Позже стали возникать новые вопросы: если отдельные участки ДНК обязательно комплементарны вирусной ДНК или РНК, то возможно ли, чтобы процесс внедрения "гостей из микромира" прекратился? Может, в нем есть куда более широкий смысл, чем в него вкладывает привычная нам медицина? И где петля обратной связи, без которой невозможна жизнь? И в чем разница между оставившим свою организованность на клеточной оболочке, созданным чтобы вторгнуться в ДНК ретровирусом и возбудителем, например оспы, остающимся в цитоплазме? В чем истоки болезней, неотделимых от жизни, и стоит ли "охотиться" за вирусами? А где искать резервы здоровья?

Не хотелось бы повторяться: на все вопросы мы дали ответы в этой книге. Одно скажем: концепция ВИЧ-СПИДа, базирующаяся на представлениях о ретровирусах как на чем-то несовместимом с жизнью, не интегрирующемся с ее естественными процессами, зашаталась на наших глазах.

Уж слишком противоречила она не только открытиям последних лет, но всем представлениям о том, чем жизнь отличается от нежизни! Под нее нужно было создавать совершенно новую теорию не только в нашем институте, изучающем информационные взаимодействия в живых системах, но, пожалуй, и во всем мире.

Чего стоит тестирование ВИЧ по уровню антител: ведь эта практика, по логике вещей, должна заставить отказаться от вакцинации, столь широко применяемой в медицине. А если ВИЧ — нечто совершенно исключительное, то нужно объяснить, что именно эту исключительность обусловливает — ведь речь идет о крайне примитивном образовании — при этом не забывая о законах природы, лежащих в основе нашего мира.

Состоятельная гипотеза не может "висеть в воздухе": она должна либо исходить из уже известного, вписываясь в него, либо убедительно его опровергать. Ни того ни другого не было сделано, а вместо развития теории в ход пошли "силовые приемы" в виде поощрения послушных, наказания противящихся и бесконечное использование пиар-технологий, отшлифованных в нечистоплотных политических баталиях, не имеющих ничего общего с наукой. Свойственное нашему времени игнорирование клятвы Гиппократа "не навреди" рисковало обернуться массовыми человеческими трагедиями.

Так называемые СПИД-диссиденты, на сторону которых перешли и мы, предлагают полемику, совершенно естественную для науки в ситуациях, когда суждения о каком-то явлении природы расходятся. Сторонники ВИЧ-концепции либо отмалчиваются, либо неприкрыто оскорбляют своих оппонентов, вместо того, чтобы с достоинством поднять "перчатку" предлагаемого диспута. По мнению СПИД-диссидентов, выдвижение ученых создавших ВИЧ/СПИД-концепцию на Нобелевскую премию — такой же способ давления на общественное мнение, как и все разговоры о "неэтичности" поведения тех, кто посмел подвергнуть сомнению то, что подвергать не позволено.

В обнародованном 6 октября 2008 года списке нобелевских лауреатов 2008 года в области медицины и физиологии награду за открытие вируса иммунодефицита человека получили французские вирусологи Люк Монтанье и Франсуаза Барре-Синусси. И мы пришли к выводу, что ВИЧ/СПИД-концепция порождена парадигмой вчерашнего дня, тяготеющей к статичности и не принимающей представлений о жизни, как об отзывающемся на вызовы реального времени потоке внутриклеточных процессов.

По данным ВОЗ, на 15 августа 1988 года в 130 странах мира было зарегистрировано 112 тысяч заболевших вроде бы инфекционным СПИДом. Не ставя под сомнение достоверность цифр, процитируем мнение по этому поводу авторов книги "Размышления и споры о вирусах" Д. Голубева и В. Солоухина: "...Человеческая психика — довольно странная штука. Например, в тех же США... умирает от болезней сердечно-сосудистой системы более 350 тысяч человек. Всего в четыре раза меньше погибает за год в автомобильных и авиационных катастрофах. Приближается к тремстам тысячам число жертв рака. Но и что? Сократился ли выпуск автомобилей? Количество авиационных рейсов? Отказались ли люди от сигарет и алкоголя? Выделяют ли правительства миллиарды долларов на профилактику этих смертей? Ничуть не бывало.

К СПИДу же внимание у всех болезненно-повышенное, хотя умирает от него в десятки раз меньше. Американские медики и биологи потребовали на борьбу с ним колоссальную сумму денег, общая величина которой не называется, но о размере которой можно судить хотя бы по тому, что из нее только на разъяснительную работу выделено миллиард".

В последующие годы, ставя под сомнение истинность своих теоретических предпосылок и постоянно их анализируя, мы внимательно следили за появляющимися в прессе цифрами темпов распространения СПИДа и все более убеждались, что "чума XX столетия" не состоялась: население Африканского континента, где эта болезнь вроде бы особенно свирепствовала, благополучно растет, падение же рождаемости в европейских странах никакого отношения к эпидемическим процессам не имеет. Тем не менее, в самой только Украине сотни кормящихся на гранты общественных организаций ведут пропагандистскую работу, зомбируя общество в интересах фирм, производящих антиретровирусные препараты.

Перефразируя Вольтера, можно сказать: "Если бы ВИЧ не было, его следовало бы придумать". Очень эффективное изобретение! Не болезнь, а синдром, на фоне которого развиваются старые, как мир болезни, особенно в среде молодых людей, нещадно расправляющихся со своим здоровьем с помощью наркотиков и неправильного образа жизни, — и как тут отделить "воды океана" от вод впадающих в него рек?

На инфекционный СПИД можно списать и врачебную ошибку, и последствия антиретровирусной терапии. Пугая общество, можно выбрасывать на рынок все новые препараты, заменяя нуклеозидные составляющие в блокаторах обратной транскриптазы до бесконечности. Сколько денег налогоплательщиков провернулось в "нужном направлении": по самым скромным подсчетам в Международный Фонд борьбы со СПИДом со всего света ежегодно стекается около 10 млрд. долларов, бюджетам таких центров могут позавидовать небольшие государства.

Легко ли отказаться от такого "золотого дна"? Да ни в коем случае! Сначала — болезнь наркоманов и гомосексуалистов. Восприняло общество? Да. Значит, можно в эту группу подкинуть гемофиликов, а потом объявить, что возбудитель вышел за пределы "группы риска" и начать обрабатывать антиретровирусной терапией беременных женщин. Расчет верный!

Но в том-то и дело, что ВИЧ, точнее бесконечно меняющиеся ретровирусы, существуют — и это действующий механизм природы, вносящий в наши клетки информацию о реальном времени, составляющая петли обратной связи, без которой невозможно функционирование живой системы. И объявленная в восьмидесятые годы охота на них означает удар по основам жизни. Что дальше? Нетрудно прогнозировать: дальше будет объявлено, что вирус мутировал и теперь передается воздушно-капельным путем.

Выделяя огромные средства на зомбирование населения, ни в коем случае не допустить серьезных исследований, тем более научной полемики, в которой познается истина. И здесь Галло прав: мы о ВИЧ не знаем ничего, ибо и знать о нем не положено.

Да, в инфекционный СПИД поверили, ибо в памяти человечества остались воспоминания о жутких эпидемиях холеры, проказы, оспы, вызванные пришельцами из микромира. Со временем на прилавках могут появиться новые лекарства: будут учтены мнения СПИД-диссидентов, и в один прекрасный день "мудрые научные мужи" объявят, что действовать на вирус ингибиторами обратной транскриптазы они не будут, ибо это опасно.

Нет! Они займутся "белками-предателями": ведь эффективными должны быть препараты, действующие не на вирусные гены с их стабильностью в нестабильности, постоянством непостоянства, а на молекулы наших клеток. Их и надо "регулировать"! И появятся научные статьи "под заказ" фирм, способных хорошо оплатить работу. И ставка будет сделана не на мыслящих людей, а на тех, которые легко зомбируются.

Но у все большего количества людей будут возникать вопросы: да почему так? Где прячется та огромная армия потерпевших от злостного ВИЧ, если мы каждый день хороним умерших от сердечно-сосудистых болезней, раковых опухолей, полирезистентного туберкулеза, диабета, на фоне которого тоже развиваются самые различные заболевания, теперь уже и сепсиса, — а на все это выделяется катастрофически мало средств.

Почему не с этими бедами борется медицина, а с какой-то не осуществившейся за более чем 20 лет пандемией? Почему нас пугают чем-то мифическим, в то время как мы страдаем от необходимости оплачивать дорогостоящие лекарства, от плохого питания в клиниках и бесконечных врачебных ошибок?

С другой стороны, научное осмысление обвала сделанных в биологии открытий сметет несостоятельную гипотезу ВИЧ-СПИДа и заставит искать новые подходы в борьбе за человеческое здоровье — на уровне жизненной триады: вещество-информация-энергия. И первичной будет признана информация, формирующая многообразие нашего мира, и заставит по-новому осознать библейское "Вначале было Слово".

...В наше научно-исследовательское учреждение — Институт информационно-волновых технологий (г. Киев) — пришла молодая красивая женщина и рассказала вот какую историю. Она воспитывалась в моральной строгости в семье медиков и собиралась выйти замуж за единственного парня, с которым имела сексуальный контакт. Но так случилось, что незадолго до свадьбы он, тоже из хорошей семьи, заболел гепатитом и вскоре умер.

Через два года она встретила другого, которого смогла полюбить, они поженились, и во время беременности ей поставили диагноз ВИЧ-заражение, объяснив при этом, что ее первый возлюбленный умер не от гепатита, а от СПИДа. В ужасе она умоляла мужа развестись с ней, хотела покончить жизнь самоубийством, но тот ответил, что готов разделить с ней ее судьбу и уговорил поверить в будущее. "Сколько проживем, столько и будет, зато — вместе", — сказал он.

Молодая женщина начала принимать антиретровирусную терапию, и ей стало так плохо, что выдержать она не смогла: диарея, рвота, полное бессилие. "Да не мучь ты себя! — посоветовал ей муж. — Как будет, так и будет". Следующую порцию таблеток она спрятала в шкаф. Самочувствие резко улучшилось, и дальше "заветная коробочка" пополнялась лекарствами регулярно. Ребенок родился серонегативным, муж тоже остался "незараженным", хотя проверялся столько, сколько это требовалось.

"Видите, как хорошо, — говорили им медики. — А что было бы, если бы мы вас не лечили?". Однажды женщина отважилась тестироваться в другой лаборатории, и ей выдали на руки справку о том, что анализ присутствия ВИЧ в организме не показал. Пришла с нею к лечащему врачу и неожиданно напоролась на взрыв возмущения: "Да что они думают! Да мы в суд на них подадим за такой анализ! Даже не вздумайте прекратить принимать АЗТ! Мы на работу сообщим, если такое себе позволите!"

И женщина продолжала "кормить" антиретровирусными таблетками свою коробку, а медики, констатирующие отсутствие СПИДа и отличные показатели организма, пребывать в счастливом заблуждении.

Можно ли утверждать, что эта история единична?

Конец книги Н.И Околитенко, Н.Д. Колбун "ВИЧ в свете законов природы: АЛЬТЕРНАТИНВЫЙ ВЗГЛЯД", Киев — 2009 г. УДК 578.ВіЛ, ББК 55.148, 0-51, ISBN 978-966-7252-55-7

Евгений Вериго

14.04.2011 с. Дедовщина.

Подпишитесь на рассылку:

Эндогеник-01 и доктор Вериго
 

Нравится